В бытность Грибоедова в Москве, в 1824 году, он сидел как-то в театре с известным композитором Алябьевым, и оба очень громко аплодировали и вызывали актеров. В партере и в райке зрители вторили им усердно, а некоторые стали шикать, и из всего этого вышел ужасный шум. Более всех обратили на себя внимание Грибоедов и Алябьев, сидевшие на виду у всех, а потому полиция сочла их виновниками происшествия. Когда в антракте они вышли в коридор, к ним подошел полицмейстер Ровинский, в сопровождении квартального, и тут произошел между Ровинским и Грибоедовым следующий разговор.
Р. Как ваша фамилия?
Г. А вам на что?
Р. Мне нужно знать.
Г. Я Грибоедов.
Р. (квартальному). Кузьмин, запиши.
Г. Ну, а как ваша фамилия?
Р. Это что за вопрос?
Г. Я хочу знать, кто вы такой.
Р. Я полицмейстер Ровинский.
Г. (Алябьеву). Алябьев, запиши...
Русский Архив, 1863, № 5—6.
А между тем, уже в это воскресенье заканчивает работу выставка «Грибоедовская Москва», посвящённая 225-летию знаменитого русского драматурга. Живописные виды Первопрестольной, портреты московских друзей и знакомых Грибоедова, старинные издания и настоящий кинозал, где можно увидеть архивные записи постановок «Горя от ума» - все это ещё в течение двух дней ждёт гостей музея на Пречистенке.
